Темнота производит на человека неприятное впечатление. В темноте невольное чувство страха охватывает даже людей рассудительных. Почему? Потому что мы привыкли видеть предметы, изда­лека уже замечать все движения. При свете мы знаем, какая опасность грозит нам, и можем принять меры. А в темноте, когда неизвестно, что во­круг нас происходит, чувство самосохранения беспрестанно побуждает нас остерегаться. Вооб­ражение, не удерживаемое в границах видимыми предметами, окружает и пугает нас бесчисленными опасностями; предоставленное самому себе, оно легко переходит к самым нелепым предполо­жениям.
О величине предметов мы можем судить толь­ко по расстоянию их от нас; в темноте, не зная степени удаления предметов, легко принять дере­во, которое далеко, за куст, который находится близ нас, или, стоя близ куста, принять его за удаленное дерево; муха, пролетевшая близ лица, может показаться птицею, которая пролетела в нескольких шагах. Сверх того, в сумерках предметы, по неопределенности очертаний, кажутся нам иными и обыкновенно больше истинной ве­личины их.
Это чувство утраты реальности, эта беззащит­ность в темноте весьма неприятны. Победить эти ощущения с помощью трезвых рассуждений обычно не удается. Но вот что знаменательно: никакие доводы не избавят вас от головокружения на кры­ше, а кровельщик не чувствует оного. Значит, на­до освоить человека с темнотою, приучить его «видеть» ушами и руками. Принуждение тут бес­полезно. Надобно с малых лет приучать людей, и лучше всего – играми. Где весело – оттуда страх бежит. Воображению, занятому приятными пред­ставлениями, некогда выдумывать страшилища. Внимательные наставники найдут много средств, чтобы приучить детей не бояться темноты. Но все средства должны приходить как будто случайно: дети не должны видеть в них намерения.
При занимательном разговоре вы «забыли» об освещении и сидите в потемках. В руке у вас пред­мет, который дитя должно узнать посредством осязания. Ребенок занят с вами – и тут вы пору­чаете ему принести что-то из соседней светлой комнаты; он поторопится возвратиться к вам в темноту и весело отыщет вас в углу. Вы вместе с детьми затеваете интересную игру и вдруг обна­руживаете, что недостает вещи, которая находит­ся в смежной темной комнате; туда побегут с ра­достью, не думая о темноте, хотя иногда довольно трудно будет отыскать вещь. Ничто лучше не обод­ряет пугливого, как спокойный и веселый разго­вор в соседней комнате.
Хорошо, играя в жмурки, прятаться в темной комнате: тогда дети бесстрашно обшаривают са­мые темные углы.
Можно в темной комнате устроить извилис­тые ходы, наставив столы, стулья, ширмы и т. п. В этом лабиринте разложить несколько довольно сходных коробочек, наполнив одну из них конфе­тами. Описав детям коротко, но ясно, где нахо­дится конфетная коробочка, как различить ее, по жребию посылают детей одного за другим в тем­ную комнату, пока коробочка не будет найдена. Вот первый приходит, с гордостью неся коробоч­ку. Ее торжественно раскрывают – и можно пред­ставить себе громкий смех, когда вместо ожидае­мых конфет видят желудь, уголек, морковку или другую подобную вещь, чистенько уложенную в коробке, на вате или белой бумаге. Другой, тре­тий идет – наконец отыскивается настоящая ко­робочка.
Или на недавно выбеленную стену вешают ка­кой-нибудь предмет, который, по условиям игры, надо снять, не дотрагиваясь до самой стены. Если посланный дотронулся до стены, то при появле­нии его полы платья или рукав тотчас обличат его неловкость. Желание выполнить главное условие игры: не дотронуться до стены – отвлекает от мыслей о темноте в комнате, где висит игровой предмет.
Приведем и более детальное описание игр, которые устраиваются только в потёмках. Это «Сторожа и воры» и «Мяу!».